В начале августа 2026 года Комиссия Минздрава России по формированию лекарственных перечней провела два знаковых заседания (5 и 7 августа). Главная интрига сезона — поиск баланса между инновационностью, бюджетной устойчивостью и юридической чистотой процедуры. По итогам двух дней из 19 рассмотренных позиций в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов были рекомендованы 9 средств, но отказ получили еще 10, включая препараты от муковисцидоза, ВИЧ и онкологии.

Главная коллизия: деньги против жизни

Лейтмотивом всех обсуждений стало усиление роли экономических критериев. Сопредседатель Всероссийского союза пациентов Юрий Жулёв прямо заявил, что стоимость всё чаще становится определяющей, ставя инновационную терапию в заведомо проигрышное положение, особенно когда речь идет об орфанных заболеваниях без терапевтических альтернатив.

Однако комиссия продемонстрировала прагматичный подход: препарат может быть чудом клинической эффективности, но для попадания в список ему нужно пройти «финансовый фильтр» — доказать приемлемость нагрузки на бюджет или наличие механизма контроля за назначениями.

Препараты-победители: как удалось сломать лед

В список рекомендованных вошли девять препаратов. Среди них выделяются три кейса, показавших разные пути к победе.

«Энхерту» (трастузумаб дерукстекан): четвертый раз — счастливый. Это был самый драматичный сюжет. Препарат трижды отклонялся из-за широкой популяции пациентов и риска «разрыва» бюджетов. Однако на этот раз комиссия предложила новаторское решение, которого в российском законодательстве пока нет, — приоритизировать группы пациентов через изменение инструкции. Производитель (AstraZeneca) согласился исключить часть показаний, оставив только критическую группу с HER2-положительным раком груди, и пошел на беспрецедентную скидку до 55 тыс. рублей. Механизм контроля возложен на ФФОМС и Росздравнадзор, которые будут ежеквартально мониторить корректность назначений. Этот кейс создает прецедент для будущих включений узких показаний в широкие инструкции.

«Клотилия» (веренафусп альфа): уникальный отечественный продукт. Первый российский инновационный препарат для лечения синдрома Хантера прошел в оба перечня (ЖНВЛП и «14 ВЗН»). Несмотря на изначальные опасения ФЦПиЛО о превышении бюджета, производитель «Генериум» существенно снизил цену (до 65 тыс. рублей), что устранило главное финансовое препятствие. Уникальность средства в том, что оно проникает через гематоэнцефалический барьер, тормозя когнитивные нарушения, что делает его незаменимым.

Консенсусная победа: онкогематология и диабет. Единогласную поддержку получили:

• Мосунетузумаб (фолликулярная лимфома) — несмотря на споры об отсутствии рандомизированных исследований, комиссия поддержала узкую когорту и способность препарата выводить пациентов из паллиативного статуса за полгода.
• Белумосудил (реакция «трансплантат против хозяина») — прошел при условии скидки 15% для взрослых, хотя производитель спорил с Минздравом по сравнению с закупками «Круга добра».
• Эртуглифлозин и Дантролен — вошли единогласно после торга о снижении цены (в случае с дантроленом — на 27%).

Громкие отказы: почему инновации остаются за бортом

Битва «Трилексы» и «Трикафты»: перенос из-за экономики. Рассмотрение препарата от муковисцидоза (аргентинский дженерик «Трилекса») было перенесено на 7 августа и в итоге отклонено. Главная причина — не цена дженерика, а неопределенность с оригинальным препаратом. В Минздраве справедливо указали: если включить дженерик по цене 597 тыс. рублей, оригинальный производитель Vertex может покинуть рынок, а дженериковая площадка до сих пор не прошла GMP-инспекцию (обещали в апреле, перенесли на ноябрь). ФАС также смутили «скачущие» цифры цен (от 707 до 597 тыс.). Клинический эффект был признан выдающимся (смена прогноза с 20–30 лет до 82 лет), но регуляторные риски и отсутствие гарантий поставок перевесили.

«Энхерту» в онкологии: если бы не инструмент контроля, она бы вновь провалилась. Заметим, что все предыдущие три попытки включить этот препарат проваливались именно из-за неконтролируемой популяции. Лишь предложение точечного ограничения в инструкции спасло ситуацию. Это указывает на жесткий тренд: комиссия теперь требует от производителей юридических обязательств по сужению показаний.

Препараты, павшие жертвой сравнений

• Равулизумаб и Иптакопан (ПНГ, аГУС) — отклонены в третий раз, так как их стоимость сравнивали с более дешевым экулизумабом и его дженериками, несмотря на безальтернативность для резистентных пациентов.
• Трифлуридин + типирацил (рак желудка, колоректальный рак) — 15 голосов против. Причина: бюджетная нагрузка и вопросы к поставкам.
• Соторасиб (НМРЛ с мутацией KRAS) — единогласно против. Эксперты НМИЦ онкологии указали, что препарат не показал преимущества по общей выживаемости по сравнению с доцетакселом (10,6 мес. против 11,3), при этом стоил в разы дороже.
• Фостемсавир (ВИЧ с множественной резистентностью) — отклонен почти единогласно. Минздрав предложил парадоксальное решение: производитель (GSK) должен снизить цену на другой свой препарат — долутегравир, чтобы высвободить бюджет. Предложение не было реализовано в ходе заседания.

Новая реальность: эра «торга и контроля»

Августовские заседания 2026 года задали новые стандарты работы Комиссии:

1. Приоритет контролируемости. Препараты теперь проходят не только по эффективности, но и по наличию инструментов контроля за назначениями (фактически — введение ограничений офф-лейбл использования).
2. Тотальный ценовой прессинг. Производители вынуждены снижать цены «в ходе заседания» (как это делали производители мосунетузумаба, равидасвира и Энхерту), причем ФАС проверяет каждое движение цены на предмет манипуляций.
3. Синхронизация с КР и ОМС. Комиссия впервые жестко указала на необходимость синхронизации включения препарата с клиническими рекомендациями и программой госгарантий. Без отражения в КР препараты будут отклоняться даже при хорошей цене.

Что дальше?

Перенос рассмотрения «Трилексы» и еще ряда позиций на неопределенный срок означает, что август не поставил точку. Впереди — доработка ценовых предложений, прохождение GMP-инспекций и попытки производителей найти юридические формы для ограничения показаний, чтобы уложиться в бюджет.

Для пациентов это означает сохранение высокой неопределенности. Несмотря на то, что девять препаратов получили зеленый свет, десяток инноваций, включая жизненно важный для детей с муковисцидозом, остались за бортом программы госгарантий, и их доступность теперь зависит от региональных бюджетов или фонда «Круг добра», ресурсы которого также ограничены.