Терёхина Елизавета Николаевна — Ординатор 1-го года кафедры общей и клинической фармакологии; ведущий специалист центра фармаконадзора
Москва
Elizaveta N. Terekhina — 1st year Resident of the Department of General and Clinical Pharmacology; Leading specialist of the Pharmacovigilance
Moscow
Асецкая Ирина Львовна — к. м. н., доцент кафедры общей и клинической фармакологии
Москва
Irina L. Asetskaya — PhD, Cand. Sci. (Med), Associate Professor of the Department of General and Clinical Pharmacology
Moscow
Актуальность. Синдром Стивенса — Джонсона (ССД) и токсический эпидермальный некролиз (ТЭН) относят к серьёзным нежелательным реакциям (НР) при применении лекарственных препаратов (ЛП). Знание ЛП-триггеров важно для предупреждения НР.
Цель. Изучить структуру противомикробных препаратов, приводящих к развитию ССД и ТЭН.
Методы. Объект исследования — спонтанные сообщения (СС), поступившие в национальную базу «Фармаконадзор» с 01.04.2019 по 31.12.2023 гг. Включались СС о развитии ССД или ТЭН. Проведён анализ подозреваемых ЛП группы J по АТХ классификации.
Результаты. Из 170 включённых СС противомикробные препараты в качестве подозреваемых отмечены в 69, их количество составило 103. 75 ЛП приходилось на антибактериальные (лидировали бета-лактамы, n = 46), 21 — на противовирусные средства.
Заключение. В структуре противомикробных ЛП-триггеров 72,8% являлись антибактериальными, а 20,4% — противовирусными средствами.
Relevance. Stevens-Johnson syndrome (SJS) and toxic epidermal necrolysis (TEN) are serious adverse drug reactions (ADRs) associated with drug use. Knowledge of drug triggers is important for ADR prevention.
Objective. To study the structure of anti-infective drugs that cause the development of SJS and TEN.
Methods. We studied spontaneous reports (SRs) submitted to the Russian National Pharmacovigilance database from 01.04.2019 to 31.12.2023. SRs about the development of SJS or TEN were included. Suspected drugs in group J according to the ATC classification were analyzed.
Results. Among the 170 included SRs, anti-infectives were noted as suspects in 69, and the total number of drugs was 103. 75 drugs were antibacterial (beta-lactams were leading, n = 46), and 21 were antiviral agents.
Conclusion. In terms of the structure of anti-infective drug triggers, 72.8% were antibacterial drugs and 20.4% were antiviral agents.
Синдром Стивенса — Джонсона (ССД) и токсический эпидермальный некролиз (ТЭН) — редкие, тяжёлые заболевания кожи и слизистых оболочек, причиной развития которых чаще всего является применение лекарственных препаратов (ЛП), как правило, у лиц с генетической предрасположенностью. Более 200 ЛП могут являться триггерами развития ССД и ТЭН, наиболее часто — это антибиотики, противосудорожные препараты, нестероидные противовоспалительные лекарственные средства [1–3]. По данным разных авторов структура ЛП-триггеров ССД и ТЭН различается, что связывают с генетическими особенностями этнических групп и практикой применения ЛП [
Изучить структуру противомикробных препаратов, приводящих к развитию ССД и ТЭН на основе анализа национальной базы спонтанных сообщений.
Дизайн — ретроспективное фармакоэпидемиологическое исследование. Объект исследования — СС о НР, поступившие в национальную базу данных «Фармаконадзор 2.0» в период с 01.04.2019 по 31.12.2023 гг. Критерии включения на первом этапе: кодирование репортером НР, развившихся на территории РФ, терминами «синдром Стивенса — Джонсона» или «токсический эпидермальный некролиз»; критерии невключения: дубликаты и невалидные СС. Затем были отобраны СС, в которых подозреваемый ЛП относился к группе J (Противомикробные препараты для системного применения) согласно АТХ классификации. Статистическая обработка данных проводилась с использованием программного обеспечения Microsoft Excel 2019.
Всего за изучаемый период в базу «Фармаконадзор 2.0», поступило 170 СС о ССД и ТЭН, в развитии которых подозревалось 356 ЛП. Противомикробные препараты указывали в 69 СС (40,6 %, 69/170), их количество составило 103 (28,9 % от общего числа ЛП-триггеров).
Средний возраст пациентов составил 41 ± 24,5 лет (мин — 1 год, макс — 93 года). Женский пол указывался в 58 % СС, мужской в 42 %. На ССД пришлось 24 CC (34,8 %), на ТЭН — 45 СС (65,2 %). Во всех случаях НР были оценены репортёрами, как серьёзные.
При анализе структуры противомикробных препаратов, приведших к развитию ССД/ТЭН, 72,8 % ЛП (n = 75) пришлось на антибактериальные препараты. Лидировали бета-лактамные антибиотики — 61,3 % (46/75), при этом доля пенициллинов составила 21,3 % (16/75), цефалоспоринов — 34,7 % (26/75), карбапенемов — 5,3 % (4/75). Среди отдельных представителей следует отметить цефтриаксон 20 % (15/75) и амоксициллин 10,7 % (8/75). Реже указывали макролиды –14,7 % (11/75) и фторхинолоны — 8 % (6/75). По данным крупного метаанализа [
20,4 % подозреваемых ЛП (n = 21) относились к противовирусным препаратам, более одного случая приходилось на ацикловир (n = 4), ламивудин (n = 3), тенофовир (n = 3), фавипиравир (n = 3). Оставшиеся 7 подозреваемых ЛП распределились по трём подгруппам: противогрибковые ЛП (n = 3), вакцины (n = 3), противотуберкулёзные (n = 1).
В нашем исследовании 28,9 % ЛП, подозреваемых в развитии ССД и ТЭН, относились к противомикробным препаратам. В этой группе 72,8 % ЛП-триггеров являлись антибактериальными, а 20,4 % — противовирусными препаратами. ЛП — лидерами были бета-лактамные антибиотики, среди отдельных представителей — цефтриаксон.
ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ ADDITIONAL INFORMATION Конфликт интересов Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов. Conflict of interests The authors declare no conflict of interest. Участие авторов Все авторы сделали эквивалентный вклад в подготовку публикации. Authors’ participation All authors have made an equivalent contribution to the preparation of the publication.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.