Абрамова Анна Андреевна — аспирант, ассистент кафедры общей и клинической фармакологии
Москва
Anna A. Abramova — Postgraduate Student, Assistant Professor, Department of General and Clinical Pharmacology
Moscow
Зырянов Сергей Кенсаринович — д. м. н., профессор, зав. кафедрой общей и клинической фармакологии; главный внештатный специалист по клиническим исследованиям
Москва
Sergey K. Zyryanov — Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of the Department of General and Clinical Pharmacology; Chief Clinical Research Specialist, Department of Health
Moscow
Актуальность. Пациенты с COVID-19 и высоким индексом коморбидности Чарлсона имеют повышенный риск тяжёлого течения и летального исхода, однако данные о роли упреждающей блокады ИЛ-6 в этой группе остаются ограниченными.
Цель. Оценить влияние упреждающей терапии олокизумабом на исходы среднетяжёлого течения COVID-19 у пациентов с индексом коморбидности Чарлсона (CCI) ≥3.
Материалы и методы. Ретроспективное исследование в шести стационарах РФ, включившее 213 госпитализированных пациентов со среднетяжёлым COVID-19 и CCI ≥3, соответствующих единым критериям включения и исключения. Сформированы основная группа (n=134), получавшая олокизумаб в дополнение к стандартной терапии, и контрольная группа (n=79), получавшая только стандартную терапию; применение других биологических препаратов и JAK-ингибиторов исключалось. Первичной конечной точкой была госпитальная летальность, вторичными — частота и длительность перевода в ОРИТ, потребность в ИВЛ, длительность ИВЛ и госпитализации.
Результаты. В основной группе летальность была ниже (6,7 против 39,2 %; p<0,001), реже требовался перевод в ОРИТ (15,7 против 53,2 %; p<0,001), сократилась длительность ИВЛ (медиана 8 суток против 17 в группе контроля; p <0,0001, лог-ранговый тест). Добавление олокизумаба оказалось независимым предиктором раннего завершения ИВЛ (HR=2,00; 95 % ДИ: 1,33–3,01; p<0,001) и сокращения сроков госпитализации (HR=1,61; 95 % ДИ: 1,11–2,35; p=0,013). Риск смерти в контрольной группе оказался выше в 10,77 раза (p<0,001).
Заключение. У пациентов со среднетяжелым COVID-19 и высокой коморбидностью добавление к терапии олокизумаба снижает летальность и потребность в респираторной поддержке, что обосновывает его применение в качестве упреждающей противовоспалительной стратегии.
Relevance. Patients with COVID-19 and a high Charlson comorbidity index have an increased risk of severe course and death, however, data on the role of proactive IL-6 blockade in this group remain limited.
Objective. To evaluate the impact of preemptive olokizumab therapy on outcomes in patients with moderate COVID-19 and a Charlson Comorbidity Index (CCI) ≥3.
Materials and methods. A retrospective study in six hospitals in the Russian Federation, which included 213 hospitalized patients with moderate COVID-19 and CCI >3 who met the uniform inclusion and exclusion criteria. The main group (n=134), who received olokizumab in addition to standard therapy, and the control group (n=79), who received only standard therapy, were formed; the use of other biological drugs and JAK inhibitors was excluded. The primary endpoint was hospital mortality, while the secondary endpoint was the frequency and duration of ICU transfer, the need for ventilation, and the duration of ventilation and hospitalization.
Results. The mortality rate was signifi cantly lower in the main group (6.7 % vs 39.2 %; p < 0.001). Olokizumab therapy reduced the need for ICU admission (15.7 % vs 53.2 %; p < 0.001) and shortened mechanical ventilation duration (median duration 8 vs 17 days; p < 0.0001, log-rank test)). Olokizumab emerged as an independent predictor of early mechanical ventilation weaning (HR=2.00; 95 % CI: 1.33–3.01; p < 0.001) and reduced hospital stay (HR=1.61; 95 % CI: 1.11–2.35; p=0.013). The risk of death in the control group was 10.77 times higher (p < 0.001).
Conclusion. In patients with moderate COVID-19 and high comorbidity burden, olokizumab therapy decreases mortality and the need for respiratory support, justifying its use as a preemptive anti-infl ammatory strategy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.