Колбин Алексей Сергеевич — д. м. н., профессор, зав. кафедрой клинической фармакологии и доказательной медицины; профессор кафедры фармакологии медицинского факультета
Санкт-Петербург
Alexey S. Kolbin — Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of the Department of Clinical Pharmacology and Evidence-Based Medicine; professor of the Department of Pharmacology, Medical Faculty
Saint-Petersburg
Галстян Гагик Радикович — член-корр. РАН, д. м. н., профессор, руководитель экспертного центра, зав. отделением диабетической стопы
Москва
Gagik R. Galstyan — corresponding member of the RAS, Dr. Sci. (Med.), professor, Head of Diabetic foot Dept
Moscow
Курылев Алексей Александрович — к. м. н., доцент кафедры клинической фармакологии и доказательной медицины
Санкт-Петербург
Aleksey A. Kurilev — Cand. Sci. (Med.), Associate Professor of the Department of Clinical Pharmacology and Evidence-Based Medicine
Saint-Petersburg
Балыкина Юлия Ефимовна — к. ф-м. н., кафедра процессов управления, факультет прикладной математики
Санкт-Петербург
Yulia E. Balykina — Cand. Sci. (Ph.‑math.), Department of control processes, faculty of applied mathematics
Saint-Petersburg
Проскурин Максим Александрович — ассистент кафедры математического моделирования энергетических систем, факультет прикладной математики — процессов управления
Санкт-Петербург
Maksim A. Proskurin — assistant of the Department of mathematical modeling of energy systems, faculty of applied mathematics and control processes
Saint-Petersburg
Обоснование. Впервые в Российской Федерации на основании эпидемиологических и расчётных данных произведено моделирование социально-экономического бремени сахарного диабета 1 типа (СД 1 типа) по когортам пациентов: дети в возрасте до 15 лет, подростки (15–18 лет), взрослые. Прямые и непрямые затраты определены с позиции государства и общества в структуре расходов в каждой из когорт больных. Определены потенциальные затраты и их снижение у детей возраста 5–9 лет в случае задержки развития СД 1 типа в 5‑летнем горизонте.
Цель. Определение бремени заболевания в различных возрастных группах и как оно изменяется в наиболее чувствительной когорте заболевающих (в возрасте 5–9 лет).
Материалы и методы. Методом моделирования учтены прямые медицинские (ПМЗ) и прямые немедицинские (НМЗ), а также непрямые затраты (НЗ) в следующих когортах: дети (до 15‑летнего возраста), подростки (15–18 лет) и взрослые 18 и более лет. ПМЗ включали: затраты на диагностику и лабораторный контроль, непрерывный мониторинг и самоконтроль глюкозы, лечение в госпитальных и амбулаторных условиях, диспансерное наблюдение, лекарства, на скорую медицинскую помощь, реабилитацию, восстановительное лечение и курацию осложнений заболевания. НМЗ определяли как объём выплат пенсий вследствие ранней инвалидизации и пособий, средств индивидуальной мобильности после ампутации конечности, оплату временной нетрудоспособности (ВУТ) вследствие госпитализации и амбулаторного лечения основного заболевания и его осложнений, а также по уходу за больным ребёнком одного из родителей. НЗ представляли собой недополученный валовый внутренний продукт (ВВП). В анализ включены 277 092 больных СД 1 типа, из них дети 35 019 чел., подростки — 13 012 чел. Прожитые годы у взрослых определены по общей выживаемости. Учтены: диабетическая нейропатия; ретинопатия в т.ч. слепота; нефропатия, в т.ч. терминальная почечная недостаточность; кетоацидоз, кетоацидотическая кома; диабетическая ампутация; инфаркт миокарда; мозговой инсульт; сердечная недостаточность; тяжёлые гипогликемии и соответствующие затраты на них.
Результаты. У детей затраты составили 256 762руб./пациент, из которых 40% приходилось на инсулинотерапию; у подростков — 293 611руб./пациент, на инсулинотерапию — 102 907руб./пациент; у взрослых — 1 910 569руб./пациент, ПМЗ — 17% (от всех затрат), НМЗ — 728 225руб./пациент (38%), НЗ — 861 179руб./пациент (45%). Суммарные затраты у детей — 9,28 млрд руб., у подростков — 3,9 млрд руб., у взрослых — 438,5 млрд руб. Общее бремя составило 451,6 млрд руб., ПМЗ — 17,9%, из которых большая часть — расходы на лечение осложнений (57,8 млрд руб.). На инсулинотерапию пришлось только 4% от общего бремени. У детей и подростков преобладают ПМЗ, в том числе на лечение осложнений (20–26% от суммы прямых затрат). В то время как у взрослых ПМЗ в процентном отношении меньше, но из них до 76% также приходится на лечение осложнений. Основной вклад в НМЗ вносят расходы на оплату ВУТ — 170,4 млрд руб. (98% от все НМЗ, 37% от всех затрат). На НЗ у детей и подростков приходится только 4–5% от всех затрат, у взрослых — 197,6 млрд руб. (45%). Экономическое бремя СД 1 типа у детей в возрасте 5–9 лет составляет 131,4 млрд руб. при задержке развития заболевания только на 1 год величина бремени снижается до 114,9 млрд руб., или на 13%. При задержке дебюта СД 1 типа на 5 лет экономическое бремя в этой возрастной группе составит 49,3 млрд/руб., или снизится на 62%. Наибольший вклад в снижение экономического бремени вносит снижение ПМЗ.
Заключение. СД 1 типа является социально значимым заболеванием, экономическое бремя которого определяется в группе детей и подростков ПМЗ, в группе взрослых — возрастающей долей НМЗ и НЗ. Задержка дебюта заболевания у детей даже на 1 год даёт экономию ПМЗ бюджета.
Background. Modeling of the socio-economic burden of diabetes mellitus type 1 (DM1T) in cohorts of children, adolescents, and adults was performed based on epidemiologic and calculated data for the first time in the local conditions. The specificity of the analysis is the calculation of the direct and indirect costs from social and government positions as well as the creation of the expenditure structure in each cohort of patients. Potential expenditures and their decreasing in patients 5–9 y. o. in case of illness delay have been evaluated on a 5‑year horizon.
Objective. The burden of DM1T evaluation in different cohorts divided by age and how it changes in the most sensitive group of patients (aged 5–9 y. o.).
Materials and methods Direct medical costs (DMC), indirect medical costs (IMC) and indirect costs (IC) in cohorts of kids (<15 y. o.), adolescents (15–18 y. o.) and adults were evaluated using the modeling method. DMC included: diagnostic and laboratory control, in- and out-patients’ treatment, rehabilitation, and treatment of complications. IMC was defined as the amount of pension payments due to early disability and benefits, means of individual mobility after amputation, payment for temporary disability due to hospitalization and outpatient treatment of disease and its complications, as well as for the care of a sick child of one parent. IC was defined as the loss of GDP. A total of 277 092 patients with DM1T were included in the analysis, 35 019 children and 13 012 adolescents. Diabetic nephropathy, retinopathy, neuropathy, diabetic ketoacidosis, amputation, myocardial infarction, stroke, cardiac insufficiency, and severe hypoglycemia as well as their costs have been taken into calculation.
Results. In the children’s cohort, expenditures were 256 762 RUR/pts, and insulin cost was 40%; in the adolescent’s cohort, — 293 611 RUR/pts, insulins — 102 907 RUR/pts; in adults, — 1 910 569 RUR/pts, and DMC — 17% (from all cost), IMC — 728 225 RUR/pts., (38%), IC — 861 179 RUR/pts. (45%). Total costs in the kids’ cohort — 9.28 bln RUR, in adolescents — 3,9 bln RUR, in adults — 438,5 bln RUR. Common burden was 451,6 bln RUR, DMC — 17,9%, 57,8 bln RUR from that is cost of complications. The cost of insulin therapy was only 4% of the total burden. DMC is prevalence in kids and adolescents’ cohorts, including cost of complications (20–26% from all direct cost), in the same time IMC (more — in adults) — 170,4 bln RUR. IC in kids and adolescents — 4–5% only from total burden, in adults — 197,6 bln RUR (45%). The burden is going to decrease by 13% already in the first year in case of delay of an DM1T onset, and on 62% in case of delay on 5 years.
Conclusion. DM1T is a socially significant disease, the burden of which is determined in the group of children and adolescents with DMC, in adults — by an increasing proportion of IMC and IC especially. Delaying the onset of the disease in children, even by 1 year, saves DMC of the budget.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.